|
19 июня 2008 года в рамках гала-показов 30 ММКФ прошла премьера итальянской картины "Демоны Санкт-Петербурга". Джулиано Монтальдо — известный мастер актуального, социально-политического кино, но его «Демоны Санкт-Петербурга» — не столько размышление о природе терроризма (европейское кино сказало по этому поводу всё, что думало, ещё в 70-80-е годы прошлого века), не столько драматическое переживание о судьбах творческой интеллигенции (в выводах Монтальдо о взаимоотношениях художника и власти тоже нет ничего нового).
Фёдор Достоевский — побитый жизнью мужчина весьма средних, против реальных 40-50, лет и великий русский писатель XIX века. Пытаясь расплатиться с кредиторами, он в судорожном темпе пишет знаменитого «Игрока», мечется между террористами —полнокровными молодыми людьми, ради счастья миллионов готовых уничтожить несколько тысяч, и трезвомыслящей, но репрессивной, полагающейся исключительно на силу оружия и подкупа, властью. Измученный существованием меж двух огней, Федор Михайлович погружается в апокалиптические видения из проституток, пьяниц, эксгибиционистов и разрушенных храмов...
Это фильм о том, как сохранить себя в то время, когда сохранить себя в чистоте и непорочности практически невозможно; как можно быть свободным в условиях тотальной несвободы; что оставить после себя, когда всё разрушается и гибнет. Потому среди относительно спокойной глади скучновато-традиционного повествования настоящее волнение, истинное сопереживание вызывают две сцены — «гражданской казни» петрашевцев и отпускания на волю орла обитателями «мёртвого дома» в сибирской ссылке. Интересно, что Достоевский единственный в сцене «гражданской казни» (это один из немногочисленных «флэшбеков») целует крест священника. Всё-таки идеи христианского социализма крепко засели в головах европейской интеллигенции! Выхода у Фёдора Михайловича два — любовь к Анне Григорьевне Сниткиной (в её роли миловидная Каролина Крещентини) и верность идеалам, прошедшим тяжёлое испытание жизнью...
Если вы внимательно изучали историю русской литературы, историю как таковую, и кроме Бакунина (не путать с Б. Акуниным!) знаете пару-тройку фамилий — Каракозов, Нечаев, например — cмотреть «Демонов...» будет не очень интересно. Остальным Достоевский в интерпретации авторов фильма понравится — в нём практически нет ни одного вопиющего недостатка, кроме пристрастия к азартным играм.
|